В жар бросило Зою от такой мысли.

Набралась она сил и спросила:

- Вы холостой, товарищ Эдуард Алмазов?

- Холостой, - ответил он. - Почему вы этим интересуетесь?

- Потому что вы мне необыкновенно нравитесь.

- А я так прямо ослеплен вашей красотой!

Во сне все возможно. В руках Зои почему-то оказывается веревка, длинная, тонкая, из крепчайшего капрона. На конце веревки петля. Зоя взмахивает рукой и - взик!.. Готово! Никогда не скинуть молодому геологу Эдуарду Алмазову, схватившей его петли. Зоя тянет веревку, и он идет ей навстречу счастливый и улыбающийся... Подходит все ближе, ближе, ближе... Ну, прямо как в кино!.. Потом еще ближе... Так близко, что дальше некуда: грудь к груди, губы к губам... Чмок!

Трах!

Нет ничего легче, как, разметавшись во сне, свалиться на пол с узкого горбатого сундука.

Поднимается Зоя с пола, потирает ушибленное бедро. И досадно ей и весело. Досадно, что оборвалась пестрая лента молодого сна, весело, потому что такой сон непременно исполнится. Недаром, ложась, задумала:

"На новом месте, приснись жених невесте!.."

"Батюшки, а горы-то! Горы - к горю, - вспоминает Зоя. - Это каждая старуха скажет!"

Но в восемнадцать лет о горе долго не думается. - Что будет, то и будет! успокаивает себя Зоя, осторожно укладывается на горб сундука и снова засыпает.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Почему ахали девчата. Маленькие законы и крупная ссора. Тяжелый случай с барабинскими карасями

1.

В переднем вагоне слышно, как пыхтит паровоз. Колеса под полом приплясывают и сами себе подпевают:

- Далеко, далеко, далеко...

- Завезу! - сиплым баском договаривает паровоз.

И снова: