- Далеко, далеко, далеко...

- Завезу!..

Которые сутки слышит Зоя эту однообразную песенку!

Поезд не из скорых, и это к лучшему. Он останавливается и подолгу стоит на небольших станциях, давая возможность размять ноги и, если не познакомиться с новыми местами, то хоть чуточку оглядеться. Что ни перегон, что ни станция географическое открытие.

Выехали из Таврова поздно вечером, а в пять утра началась тревога. Подняла ее девушка, проснувшаяся раньше всех.

- Ах, девчата, ах, что же это такое?! Ах, проснитесь же! Глядите, ах-ах, земля другая стала! Ах!

Перемена земли - дело серьезное. Даже самые сонливые повскакали, столпились у окон и тоже заахали. И было отчего: земля из черной стала светло-бурой.

Так разахались девчата, что разбудили спавших в другом конце вагона ребят. Оттуда пришел молодой, но бывалый Вася Землепроходец и объяснил:

- По Рязанской области едем. Здесь не чернозем, а суглинки.

- Значит, здесь хлеба мало сеют?

- Много. Если удобрят, суглинок хорошо родит,

- Ах, девушки, глядите, ах!.. Другие глядели, все глаза проглядели, но ничего не заметили. Земля бурая, а поля самые обыкновенные.

- Чего ты еще увидела?

- Я ахаю не оттого, что "увидела", а оттого, что "не увидела". Свеклы здесь нет!

- Не может быть!

Но верно: сколько ни смотрели, так и не нашли знакомой темной и глянцевитой свекольной зелени.

Проехав Москву, перестали удивляться, устали ахать. К тому же успели перезнакомиться и сдружиться. Пошли расспросы, разговоры, рассказы. Зашла речь о платьях, кто что с собой в Сибирь везет. Дошла очередь до Зои.

- Этот нарядный чемодан чей? Твой, Зойка?

- Мой.

- Что везешь?

Зоя себе на уме:

"Дудки! Не на таковскую напали, чтобы я свой туалет показывать стала! Засмеют или, хуже того, с меня собезьянничают. Этак и геологов на всех девушек не хватит".

Подумала так, вздохнула и довольно-таки правдиво ответила: