1916 г. (Э. Паперная)

Андрей Вознесенский

Старушка в чепце из оборок гофре (Такой бы писал ее Рембрандт ван Рейн) Ласкала козленка, тая под фуфайкой Не сердце -- любовью пылающий факел. А серенький козлик, двойник сюрреальный Трагической козочки у Эсмеральды, Томился от скуки в домашнем кругу И дал стрекача, описавши дугу, В тот бор густорослый, где в поисках пищи Похабная морда, матерый волчище, Кошмаром из Гойиной фантасмагории Шнырял втихаря по лесной территории. Его носище гнусный Унюхал на ходу Заманчивый и вкусный, Козлиный терпкий дух. А зубы, зубы волчьи Ой до чего остры! О, как он хряпал молча, Как чавкал, рвал и грыз! А рожки и ножки не смог одолеть, Оставил старушке на память, подлец... О хищники, гады, я вас ненавижу! Нет, в жизнь ненадолго вам выдали визу: Ни счастья, ни сна, ни покоя мне нету, Пока мы от вас не очистим планету.

1959 г. (Э. Паперная)

Семен Юшкевич

Старая Ита была очень бедная женщина, и козлик у ней был, ой так это же мармелад, антик марэ, что-то особенное, а не козлик! Ой, как Ита его любила! Как свое дитё она его любила. Но, как говорится, козла сколько ни люби, а он все в лес смотрит. Ну, так он убежал. В лес убежал. Гулять ему захотелось. А в лесу, думаете, что? Волки, уй, какие волки! Серые, страшные, с зубами. Разве они имеют жалость к еврейскому козленку? Ну, так они его таки да съели. Только рожки да ножки остались. Ой, как Ита плакала! Как малое дитё она плакала.

1903 г. (Э. Паперная)

* СОБАКИ *

У попа была собака, Он ее любил. Она съела кусок мяса, Он ее убил. И в яму закопал, И надпись надписал,

что: У попа была собака,

и т.д.

И. А. Бунин

СОНЕТ

Поп сив и стар. Глаза красны от слез. Одна забота -- зажигать лампады. Жена в гробу. И дочка за оградой. Последний друг -- худой, облезлый пес.

Теперь попу уже не много надо: Краюшку хлеба, пачку папирос. Но жаден пес. С ним никакого сладу.