Н. Гумилев

1

У истоков сумрачного Конго, Возле озера Виктория-Нианца Под удары жреческого гонга Он свершал магические танцы. Бормотанье, завыванье, пенье, Утомясь, переходило в стоны, Но смотрел уже без удивленья Старый пес -- подарок Ливингстона.

II

Пестрый сеттер, быстр как ветер, Всех был преданней на свете, Не воришка и не трус. Но для старых и голодных Добродетели бесплодны, Драгоценней мяса кус. Пестрый пес лежал так близко, Мяса кус висел так низко, Над землей всего лишь фут. И открылась в сердце дверца, А когда им шепчет сердце, Псы не борются, не ждут.

Ill

Сегодня ты как-то печально глядишь на ковры и обои И слушать не хочешь про страны, где вечно ласкающий май. Послушай, огни погасим, и пригрезится пусть нам обоим, Как жрец, разозлившись на пса, смертоносный схватил ассегай. Помчалось копье, загудя, убегавшей собаке вдогонку, И, кровью песок обагрив, повалился наказанный пес. Послушай, -- на озере Ньянца, под звуки гудящего гонга, Жил сеттер голодный и быстрый, и мясо жреца он унес...

1914 г. {А.Финкель)

О. Генри

ЧЕЛОВЕК ДЕЛА

Сэм Слокер знал толк в виски, в пшенице, в часах, в морских свинках, в колесной мази, в чулках, в ракушках, в сортах индиго, в бриллиантах, в подошвах, в фотографиях и во многом другом. Когда я встретил его в первый раз в Оклахоме, он торговал эликсиром собственного производства, противоядием от укусов бешеных ящериц. В Миннесоте мы столкнулись с ним у стойки багроволицей вдовы, трактирщицы миссис Пирлс. Он предлагал вдове свои услуги в качестве мозольного оператора за одну бутылку шотланд-ского виски.

- Ну, Сэм, расскажите, - попросил я, когда бутылки были уже откупорены, - как вышло, что доллары стали для вас нумизматической редкостью, и мозоли м-сс Пирлс чуть не сделались жертвой вашей финансовой политики.

Сэм задумчиво сплюнул на кончик моего сапога и нехотя проронил: - Не люблю я попов.

- О, Сэм, - энергично запротестовал я, - вы знаете, что никогда в нашем роду не было длиннорясых.