Пустыня всегда опасна. Ночью особенно. Но марсианская пустыня опасна вдвойне. Игоревски спасло то, что он был далеко от центра "банки", когда произошел разряд. "Банкой" на Марсе называют природный пьезоэлектрический конденсат. Игоревски только краем глаза заметил слабую голубоватую вспышку, и тут же у пневматика вырубился мотор.
Чертыхаясь, Игоревски вылез из седла. Переключение на резервную электросеть у пневматиков сделано очень неудобно. Хорошо, хоть, фонарик не перегорел, благо был выключен в момент разряда. В его свете Игоревски пришлось искать нужный ключ, потом лезть этим самым ключом куда-то между баком и движком, нащупывая там переключатель. В меховых перчатках это не так то и просто. "Все", - шептал он себе под нос. - "Хватит авантюр." Он понимал, что уцелел по случайности - Марс суровая планета и не прощает фамильярности.
Переключатель сухо щелкнул и тут же загорелась единственная фара. Игоревски проследил за светом. Он сделал это скорее инстинктивно, чем надеясь что-то увидеть. После того, как Игоревски наехал на "банку", правильнее было-бы сказать наоборот, надеялся ничего такого там не увидеть.
Она была там. На самой границе света и тьмы, где рассеянный электрический свет уже почти не был властен, в каких-то шестистах метрах впереди, она была там. Бронзовое пятнышко стройной спины на фоне красных песков, руки-хворостинки, Жаклин шла и пританцовывала, Жаклин уходила.
- Подожди! - хотел крикнуть Игоревски, но вовремя вспомнил о том, на Марсе его крик скорее утонет в разряженной атмосфере, чем долетит до кого-либо. Он пробежал несколько метров, разбрасывая песок, остановился не зная что делать. Фигурка уходила слишком быстро, теряясь, прежде чем он ее догонит, Жаклин исчезнет во тьме. Игоревски метнулся назад к пневматику, чуть ли не прыжком взлетел в сидение и втопил газ.
Если б она не погибла, они сыграли бы свадьбу.
Игоревски проехал, наверно, километров пятнадцать, прежде чем понял что здесь что-то не так. Жаклин не летела над дюнами, не растворялась в воздухе, просто шла и танцевала. И все-таки пневматик не мог догнать ее. Сначала Игоревски думал что в десять секунд догонит Жаклин и лихо развернет перед ней машину. Потом он решил, что ему потребуется минут пять. Потом... Потом он подумал о том, что вообще не сможет ее догнать.