- Тут написано... Тут написано... Ну, наверное... А, точно: Я ВАС СЛУШАЮ. САВА.

- Ага, очень хорошо. Слушай, Сава! Мы с Питачком сообщаем Новость. Кролик ушел Неизвестно Куда. Он Неизвестно Где. Это Бух. Алле! Алле!

Винни также помнил, что, когда Кролик говорил по телефону, он все время повторял Алле! Алле!

Трубка молчала.

- Молчит... - задумчиво сказал Бух, допивая очередной стакан. - Может, она обиделась?

- Ой, нет, Винни...

- Думаешь, Сава не обиделась?

- Нет, не так...

- Ну, знаешь, Питачок, так не бывает. Или уж обиделась, или уж нет. Посерединке быть не может. Для посерединки и слова-то нет. Ты хочешь сказать недообиделась? Или даже перенедообиделась? Или, может, недоперенедообиделась?! Или, может...

- Нет.

- А что же ты хочешь тогда сказать?

- Я хочу сказать, что у Савы телефона нет.

- А как это связано с обидой, объяснись!

- Она тебя не слышит!

- А-а!.. Не хо-очет слушать!

- Не может.

- Во до чего дошло! Не может слушать Винни-Буха! И видеть, может, меня не может?

- Не кипятись, Винни! У Савы нет телефона, поэтому она не может тебя слышать.

- Что ж тогда она писала-то? Мол, Сава, у телефона... Мол, слу-ушает...

- А может, это не она.

- Думаешь, кто-то Савой подписался? Тигра?

- Может, я не совсем правильно прочитал... Только у Тигры тоже телефона нет.

- А у этого бомжа Ё автомобилы и подавно быть не может, - добавил Бух. - К тому же его вчера взяли в менты. Так что если бы даже вчера была, то сегодня бы не было.

- В общем, Винни, автомобила есть только у Кролика. Но он ушел.

- Ах, да... Неизвестно Куда. Чтой-то здорово меня с глинтвейна забрало, мой друг Питачок.

- Как же мы сообщим Новость Саве?

Питачок загрустил, а Бух задумался. Но ненадолго. В определенном состоянии он принимал самые блестящие решения в считаные мгновения. Тогда окружающим казалось, что у него в голове не опилки, а бриллианты.