М у з ы к а н т. Бездна вкуса! Я предчувствовал, что его светлость окажется тонким знатоком!

М и. А я не люблю драгоценностей! Я никогда ничего не ношу. Если подносят, всегда продаю.

Б а н к и р. Ну, уж эту вещь продать не придется! Во-первых, завтра нужно непременно надеть ее на концерт. А в антракте пойти поблагодарить его светлость. Непременно! Иначе - скандал!

М у з ы к а н т. Ах, для карьеры это очень важно. Какой шик! Завтра весь город будет говорить об этом! Послезавтра вся Европа! Какой безумный успех! Они завтра взбесятся от восторга! Как будут на нее смотреть. А потом - портреты во всех газетах, описания! А я - я буду ей аккомпанировать. И на эстраде - я и она!

П о э т (тихо Ми). Он только о себе! Вечно о себе! Заметьте. О своей презренной маленькой карьере...

Б а н к и р. Жалко, что он послезавтра уже уезжает. Может быть, еще раскошелился бы.

М и (поэту). А вам нравится?

П о э т. Да... Ваше лицо может украсить даже бриллианты.

М у з ы к а н т. Эта фраза, кажется, уже напечатана вами?

П о э т. Что вы хотите этим сказать?

М у з ы к а н т. Только то, что сказал.

Б а н к и р. Превосходные камни!

П о э т. Что вы хотите сказать?

М у з ы к а н т. Я сказал, что эту фразу вы говорили уже много раз при других обстоятельствах, то есть другим женщинам, а потом, может быть, даже напечатали в книге, посвященной той старой плясунье... впрочем, мы поняли друг друга.

П о э т. Плясунье? Это той, для которой вы писали свою легенду вальса?

М у з ы к а н т. Потом. Потом мы поговорим подробнее.

П о э т. (пожимает плечами, подходит к банкиру). А как вы полагаете, это дорого стоит?

Б а н к и р. Эта штучка-то? Да, как вам сказать... Я бы ее купил тысячи за две, а с его светлости содрали и все три.

М у з ы к а н т. А я буду аккомпанировать. За здоровье его светлости! Ура! (Чокается с Ми). Но вам надо быть повеселее. Непременно надо!