Дэвид прошел в гостиную: пока нет Марсии, можно почитать письмо от мамы.

Но вот и картошка готова… Дверь с шумом распахнулась, и в квартирку ворвались свежий воздух и беспорядок — это явилась Марсия. Высокая, броская, громкоголосая, на плечах — забрызганный плащ, она закричала с порога:

— Дэвид, я не забыла, опоздала как всегда. Что там у нас на ужин? Ты ведь не дуешься, правда?

Дэвид поднялся ей навстречу, помог снять плащ.

— Я тебе записку оставил.

— Записку? А я домой не заходила. Чем это так вкусно пахнет?

— Жареной картошкой, — сказал Дэвид. — Все готово.

— Ты прелесть.

Марсия плюхнулась на стул, вытянула ноги и раскинула руки.

— Уф, устала! Такая холодина на улице.

— Да, я еще когда с работы шел, понял, что похолодает, — согласился Дэвид.

Он бесшумно сновал из кухни в гостиную, из гостиной — в кухню, и на столе появлялись то горшочек с мясом, то салат, то глиняный судок с жареной картошкой.

— Кажется, ты еще не видела мое столовое серебро, — сказал Дэвид. — Давно не была.

Марсия потянулась к столу, взяла ложку.

— Чудо! — Она провела по рисунку пальцем. — А есть как, наверное, приятно.

— Можно садиться, — разрешил Дэвид.

Он пододвинул Марсии стул и подождал, пока она сядет.

Марсия вечно была голодна. Она положила себе на тарелку сразу и мясо, и картошку, и салат и, забыв похвалить приборы, жадно набросилась на еду.

— Как вкусно. — Она на миг оторвалась от тарелки. — Так все здорово.