— Я рад, что тебе нравится, — сказал Дэвид.

Как приятно серебро оттягивает руку, серебряная вилка даже у самого рта Марсии не теряет своего изящества.

— Я не только про ужин, а про все. — Марсия обвела рукой комнату. — У тебя такая мебель, так уютно…

— В доме должно быть уютно, — сказал Дэвид.

— Знаю, — грустно отозвалась Марсия. — Мне бы у тебя поучиться.

— Нужно ведь, чтобы в доме порядок был, — сказал Дэвид. — Тебе бы занавески купить и окна не оставлять открытыми.

— Я все время забываю, — вздохнула Марсия. Она отодвинула тарелку. — Дэви, ты потрясающе готовишь.

Дэвид покраснел от удовольствия.

— Я рад, что тебе нравится, — повторил он и засмеялся: — А я вчера пирог испек.

— Пирог? — Марсия недоверчиво посмотрела на него. — С яблоками?

Дэвид отрицательно покачал головой.

— С ананасами?

Дэвид снова покачал головой и, не вытерпев, сказал сам:

— С вишней.

— Бог мой!

Марсия выскочила вслед за Дэвидом на кухню и, пока он осторожно вынимал из хлебницы пирог, заглядывала ему через плечо.

— Это твой первый пирог, Дэви?

— Я уже два раза пек, — сознался Дэвид, — но этот самый удачный.

Марсия с восторгом наблюдала, как он нарезает пирог большими кусками и раскладывает на чистые оранжевые тарелки. Она вернулась с тарелкой к столу, попробовала пирог и подняла вверх оба больших пальца. Дэвид тоже откусил кусочек и критически заметил:

— По-моему, кисловат. У меня сахара не хватило.

— Отличный пирог, — сказала Марсия. — Люблю, когда пирог с вишней кислый. Еще покислей, чем этот.

Дэвид убрал тарелки и разлил по чашкам кофе. Он снова поставил кофейник на плиту, и тут Марсия сказала:

— Ко мне звонят.

Она открыла дверь, прислушалась, теперь они оба слышали, что в ее квартиру звонят, — кто-то ждал в парадном. Марсия нажала кнопку, дверь внизу открылась, послышались приглушенные тяжелые шаги по лестнице. Марсия оставила входную дверь открытой и вернулась к своему кофе.