- Еще быстрее! - злорадно ухмыляясь, снова прикрикнул на него сержант. Николай Петрович спотыкаясь и падая, попытался бежать быстрее.

- Шире шаг! - не унимался "гаишник". Николай Петрович из последних сил совершил рывок и рухнул прямо в лужу у ног сержанта.

- Встать! - приказал тот, брезгливо вытирая о куртку завлаба забрызганный сапог:

- Ты что скорость превышаешь, скотина?! Знака не видел?!

- Извините меня пожалуйста! Но не было никакого знака... виновато запричитал Николай Петрович.

- Как это не было?! Ты что, козел, оборзел?! Был там знак! Раньше был. Ограничение до шестидесяти! - рявкнул на него сержант:

- Да я тебя сейчас на штрафах згною! Да ты у меня прав на всю оставшуюся жизнь лишишься!

- Простите меня пожалуйста! Я пожилой, больной человек! Я не превышал скорости! Да у меня и машина больше пятидесяти не едет...

- Что?! Ты со мной спорить будешь! А ну гони деньги, падаль старая! - сержант побагровел от злости и даже замахнулся на несчастного завлаба.

- Не надо! У меня большая семья! Прошу вас! У меня нет таких денег! Возьмите сколько есть безо всякой квитанции! Отпустите меня пожалуйста! - с отчаянием умолял "гаишника" Николай Петрович, трясущимися руками доставая из кошелька последние купюры очень мелкого достоинства.

- Что там происходит? - лениво растягивая слова спросил вылезая из милицейского "Уазика" второй "гаишник" в звании лейтенанта. На его сытом, холенном лице блуждала рассеянная улыбка, очень отдаленно напоминающая улыбку Джаконды с небезызвестной картины Леонардо Да Винчи*.

- Гражданин! Правила нарушаете, а платить не хотите?

- Да не нарушал я... я... денег нет... отпустите меня... прошу вас... - заплакал Николай Петрович. Его сгорбленная фигура сотрясалась от рыданий. Больно и грустно было смотреть на унижения пожилого, бесправного человека. Он упрашивал, взывая к милосердию и совести, к гуманизму и чувству сострадания. Но все было бесполезно! Подобные чувства были "гаишникам" неведомы. Эти два жадных, избалованных своей безнаказанностью молодчика жестоко издевались над ним. "Ты нам еще и машину помоешь! Старый козел! Гы - гы - гы! " - гоготал сержант и его толстые щеки сотрясались от злорадного смеха.