Соловей. Невозможно сентиментально, но что насчет разбоя? М о л о т. Да насрать, что милиция, что банда, все равно уволили. Соловей. Тогда полезайте в кузов, только осторожно, там много хрупких предметов. М о л о т (забираясь в кузов). Куда едем? Соловей. А вы бы как ответили? М о л о т. Да насрать! Соловей. Вот, вы даже дорогу знаете.

Конференц-зал главного управления по борьбе с организованной преступностью

Майор (слушателям). Последней к банде примкнула Изабелла Юрьевна Папаяни, тысяча девятьсот семьдесят пятого года рождения, в прошлом оперная певица, кличка – «Прима». Если быть точным – примкнула Изабелла Юрьевна не по своей воле. На экране появляется видеоизображение поющей на итальянском языке гражданки волнующих форм.

Усадьба Соловья на Гнилых ручьях

Соловей, уже с золотыми зубами и в «авторитетных» перстнях, сидя в кресле на веранде, смотрит телевизор. На экране идет передача о звездах оперной сцены. Звучит пленительный голос Изабеллы Юрьевны Папаяни, потом появляется ее фото. Соловей (Дебету, сидящему с удочкой на берегу ручья). Ты любил когда-нибудь? Дебет. Смотря какой смысл ты вкладываешь в это слово. Соловей. Стихи писать, целоваться, страдать по ночам. Дебет. Нет, так не любил. У меня все проще – на Мальдивах, без трусов в джакузи.