А через пять минут Леля сказала мне:

- Товарищ регистратор, мы вот с мужем сейчас тоже пойдем отсюда. Но мы оставляем за собою право впоследствии потребовать исправления неточно выполненной записи в вашей книге... Если, конечно, это нам понадобится... Вы слышите?

Я заявила, что слышу. А что мне оставалось сделать?.. И они тоже ушли - под смех и аплодисменты всех собравшихся...

Вы, наверное, хотите знать: пришла ли эта пара для аннулирования записи? Можете себе представить: не пришли. До сегодняшнего дня их нету! Но и те, которые поехали на Алтай, не появлялись у нас и письменно тоже не требовали расторжения брака. Так что я, если хотите знать, даже выговора не получила за свою серьезную ошибку при исполнении обязанностей... Как будто так и надо было их регистрировать: крест-накрест...

МНИМЫЕ БОЛЬНЫЕ, ИЛИ НЕПУТЕВЫЕ ПУТЕВОЧНИКИ

I. СРОЧНО ВЫЗДОРОВЕЛ

В этот санаторий меня привезли вскоре после тяжелой операции. Чувствовал я себя неважно. Диета мне была показана строжайшая. Я разместился в палате, где стояла еще одна кровать, а на кровати помещался угрюмый человек - с виду в состоянии не лучшем, чем я сам. Едва я уложил в тумбочку нехитрое свое имущество, как прозвучал сигнал к обеду...

И за столиком в большом зале я оказался рядом с моим соседом по палате. Ел я мало и неохотно. Но сосед еще меньше вкушал от диетических яств. Он капризно ворошил вилкой или ложкой содержимое тарелок, брезгливо гримасничал и возвращал официантке все блюда подряд со словами:

- Возьмите, девушка, неохота мне что-то... бог уж с нею - с едой. Вот когда выздоровею, поедим по-настоящему...

И он вздыхал так глубоко и печально, что официантка отвечала ему сочувствующим вздохом...

После обеда мой сосед лежал на кровати и читал "Огонек". А за ужином снова отказывался от еды, испускал вздохи и грустно качал головою, как бы сокрушаясь о своем здоровье...