Он создал на основе Библии теологический коктейль, совместив иудаизм, спасение через Иисуса Христа и строгую мораль. Последователи должны были соблюдать еврейскую субботу, еврейскую пасху, а также придерживаться кошерной пищи. За одним исключением, Фишер следовал религиозным установкам этой церкви, стараясь питаться согласно правилам, а также строго соблюдая субботу. Однако даже в этом случае создавалось впечатление, что американец по-своему интерпретировал правила церкви, как и правила турниров. Евгений Васюков пишет: «Я не хочу подвергать сомнению искренность религиозных воззрений Фишера, но было странно наблюдать, как он в субботу приходил в турнирный зал, анализировал закончившиеся партии, а однажды подошел к нашим гроссмейстерам и попросил их научить его игре в домино». Правило, которое Фишер полностью проигнорировал, касалось церковного запрета на настольные игры, рассматриваемые как «фривольные».

В декабре 1963 года Фишер принял участие в американском чемпионате. Он уже выигрывал его пять раз, но никто не предвидел результатов этого года. Играя против одиннадцати самых именитых шахматистов страны, он выиграл все партии! Это было уникальным событием, «историческим», как справедливо отмечала пресса. Выиграть национальный чемпионат — одно, побеждать в нем несколько лет подряд-другое, но сыграть в турнире, не проиграв ни одной партии и не сделав ни одной ничьей, — просто поразительно. Фишер доказал самому себе, что является игроком совсем другого уровня.

В такой великолепной форме он представлял реальную угрозу советским гроссмейстерам, и шахматный мир гудел в предчувствии его выступления в межзональном турнире 1964 года, проводимом в Амстердаме. Пропустить этот отборочный цикл означало невозможность бороться за чемпионский титул до конца следующего цикла, то есть до 1969 года. Разумеется, это был шанс, который не следовало упускать. Однако, всё ещё злясь на «советских жуликов», Фишер отказался от участия. При этом, лишившись того, чего так страстно желал, он обратил ярость на самого себя. Полтора года он не участвовал в турнирах. Предложения приходили, но Фишер отклонял их или запрашивал такие суммы, которые отпугивали даже самых щедрых спонсоров. Так в возрасте двадцати одного года он впервые вышел в отставку.