Сбежав к реке, Петька выволок из камышей узкую долбленую лодку и прыгнул к веслам. Никита быстро установил руль.
— Если Мишка надумал это… убью, — пообещал Петька.
Лодка слегка зарылась в воду, потом выровнялась и легко заскользила поперек мутного течения Туры.
Тайга вплотную подступала к реке, и зеленые берега зимой и летом шумели густой хвоей… Только чуть ниже, в километре по течению, белели Марковы горы, как называли в деревне обрывистый меловой берег. Здесь все было Марково: Маркова балка, Марков лес, Марковы горы.
— Знаешь, — нарушил молчание Никита, — бабка Алена говорит: вот оттуда Марко прыгнул к русалкам.
Видишь? — И Никита показал на сосну, что росла над самой высокой точкой мелового берега.
Бабка Никиты знала все: где жили раскольники, где русалки… И даже с какого пня Марко прыгал двести лет назад…
Примерное описание мест, где развернутся будущие события
Деревня Белая Глина приткнулась к реке Туре в том самом месте, где в мутную Туру впадает говорливая и светлая речка Стерля. Что это за название такое — Стерля, — никто в точности не знал. Да и не интересовался.
За Стер лей, в двух-трех километрах, на горе, дымила дымами, будто приклеенная к склону Рагозинской горы, деревня Рагозинка.
За Турой, километрах в четырех-пяти, через луг и лойму, еще деревня — Туринка.
А сельсовет и школа были в Курдюковке. Это километра два с половиной вверх по Туре.
Что было дальше, за этими деревнями, где вокруг, ют самых деревень и дальше — куда глаз достанет, — тайга, Петька с Никитой представляли едва-едва. Им доподлинно было известно, какой цвет имеет Черное море, как выглядит американский Нью-Йорк с его небоскребами, сколько рубиновых звезд горит на Кремлевских башнях в Москве, а вот каково Верхотурье, где райцентр, или — тем более — Свердловск, где область, — ни тот, ни другой не имели ни малейшего понятия.