Под домиком было два колеса, послушно катившихся за четырьмя колесами черного посольского "кадиллака". Машину вел сержант Пулькин. Рядом сидела Ли. Оба удрученно молчали. - А если махнуть за границу? - вдруг спросила Ли, уныло посматривая в открытое окно машины. - Найдут,-вздохнув, ответил посол-сержант.-Этот парень из разведки ясно сказал - достанут из-под земли. И зачем я только подошел к телефону?.. - Черт тебя дернул связаться с мылом! - Кто знал, что они пронюхают? - сердито буркнул Гарри и сильно нажал педаль газа. "Кадиллак" легко рва-нул вперед.- Обидно, что из-за каких-нибудь десяти ящиков паршивого мыла поймали, как мальчишку... - Не надо было менять наши этикетки на французские! - Ли раздраженно хрустнула сцепленными пальцами.-- Ну, спер себе со склада, как все люди делают! Так нет - связался с этикетками. Ясное дело - пришьют тебе оскорбление отечества... - Но за французское мыло дороже давали! - в сердцах сплюнул Гарри.Поэтому я и менял этикетки. И вообще, этот тип из разведки поступил неблагородно. Два года назад, когда я вел этот бизнес с армейским мылом, он молчал. А теперь за горло берет... - А что это за Джон? - Когда позвонили, трубку взял секретарь. Узнал, кто будет говорить, весь побелел и шепчет: "Джон - самый главный в разведке..." Их там, говорят, два главных... Пассажиры "кадиллака" снова помолчали. Мотор уверенно и трудолюбиво гудел, монотонно шуршали шины, пожирая километр за километром. Ли грустно смотрела сквозь ветровое стекло на скучную серую полосу асфальта, бесстрашно бросавшуюся под колеса автомобиля. Однообразные рекламные щиты заслоняли зелень леса. Мчавшиеся навстречу машины то и дело надоедливо мелькали в глазах. - Так и знал,- пробормотал Гарри, до отказа жавший на акселератор,- не к добру это повышение... Этот парень из разведки так и сказал: "Или установишь, где находится "Аида", или мы тебя достанем из-под земли, и за мыло ты получишь на всю катушку".