Военные перестали улыбаться. - Но у нас нет Средиземного моря,- растерянно проговорил советник.- Ваши подводные лодки и суда не понадобятся... - Заменим танками,- быстро решил Гарри. Неожиданно фельдмаршал заметил юриста, неуверенно переминавшегося у двери. Уважительно глянув на грудь, увешанную орденами, коротко спросил: - Кто вы и почему? - Я - Гинденбург! - совсем не по уставу доложил юрист.- Я служу по юридической части... - Очень хорошо.- Сквозь монокль фельдмаршал внимательно оглядел вспотевшего от страха лейтенанта.- У вас, полковник, я вижу, немало боевых наград. Выходит, вы знаете цену оружию. Уверен, быстро ухватите суть дела... Гинденбург внезапно вспомнил, что следует говорить в таких случаях. - Рад стараться! - неловко вскрикнул он и даже попытался топнуть каблучками. - Дорогой друг,-обратился командующий к Пуль-кину,--у меня есть разумное предложение. Не будем ссориться, поручим нашему юристу спокойно подумать о формальностях и встретимся завтра. Пулькин, которому тоже надоело кричать, согласился: - Хорошо. Завтра я тоже приду со своим юристом. Пусть они поговорят, а мы послушаем. - Вот и решили,- подытожил политический советник. - Еще вопрос,- продолжал Гарри.- Так вы нашли ее или не нашли? Вызывать мне наших специалистов по поискам? Советник протестующе поднял руки: - Нашли, нашли! Не надо никаких специалистов! Вслед за специалистами приезжают репортеры! А иногда даже раньше...

11

Суд над майором Мизером проходил в небольшой комнате, в которой едва уместился судейский стол, покрытый зеленым сукном, небольшая трибунка для прокурора и адвокатский столик. Кроме того, оставалось еще немного места для табуретки. Мизер сидел на этой табуретке. Справа и слева от него, широко расставив ноги и заложив руки за спину, стояли двое военных полицейских в белых касках. Первым в комнату вошел адвокат. Толстый, с обвисшими щеками, маленькими хитрыми глазками-черносливин-ками, в неопрятной застиранной мантии, выглядел он крайне несолидно.