— Господа, это какое-то дерьмо! — представился присутствующим юнкер, врезаясь головой в мраморную колонну.

— Господа юнкера! Нам не здесь надо! — косноязычно подтвердил майор Секер, пытаясь пробиться обратно на улицу, однако, хорошо ему знакомая Мадам Снасилкина-Шестью уже спускалась к юнкерам со второго этажа.

— Чего желают благородные господа-с? — игриво спросила она, наслаждаясь дымом своей длинной черной сигареты.

Из безликой толпы юнкеров сразу же выскочил легко опознаваемый в своем волнении поручик Слонов.

— Все-ех! — захрипел он и, опрокидывая толпу, минуя Мадам Снасилкину, бросился на второй этаж.

Майор Секер, предвидя в силу своей образованности дальнейшее, спешно ретировался, оставляя своих воспитанников в стане врага. С верхнего этажа с содомовскими криками посыпались девицы.

— Юнкер! Какая милашка! Этот — мне! — визжали они, обвешивая собою молодых дворян и желая с ними попрелюбодействовать.

Блюеву не досталась смуглая красавица — куртизанка, раздетого вида, впившись губами в его рот, повлекла его в комнату и только там дала вдохнуть воздуха. Правда, не надолго.

Юнкер Блюев, стушевавшийся и робкий, сразу же отодвинулся от куртизанки и подошел к зеркалу. Блюев признал, что выглядит он блестяще, вот только сабля вызывала у него некоторое беспокойство.

"Надо бы почистить саблю. Блестит плохо", — сосредоточенно подумал он.

Куртизанка тем временем уже открыла бутылку «Салюта» и наполнила себе бокал, в то время как Блюев наконец почувствовал близкое присутствие женщины и ее неуловимые глазу очертания. Он припомнил, что в пору мужания уже любил одну барышню с соседской улицы. Без интима, но все же тайно. Блюев приосанился и, вместе с тем, почему-то представил сцену еженедельной выдачи портянок.