Увидев Холмса, Ватсон сразу забыл все обиды и попытался облегчить его положение, насыпав в трубку первосортный табак, перемешанный с мелкими древесными опилками, и дал прикурить огоньку.

Шерлок, видимо, остался доволен такой помощью, и чем больше чадила и дымила трубка, тем краснее становилось его благородное лицо.

- Могу ли я чем-нибудь помочь Вам? – с показным участием спросил благородный доктор Ватсон, увидев, как из ушей Холмса пошел дым.

Его новый друг уставился на кончик своего носа и повалился ничком, что-то промычав в ответ.

Новоиспеченный доктор медицины пожал плечами и поплелся завтракать.

- Какого хера, долго я еще буду ждать вас! – закричала миссис Хадсон, хряснув половником по столу. – Ублюдки, вашу мать! Если я приготовила, то надо жрать и жрать вовремя, подлюки!

- Но я… - начал было выпускник колледжа с пониженными требованиями к ученикам, но был прерван.

- А ну заткнуться, недоносок, чтоб тебя! – заорала, выведенная из себя миссис Хадсон.

- Да мэм! – вытянувшись по стойке «смирно», прокричал Ватсон, опасливо косясь на половник в руках выжившей из ума старой стервы.

- Вот и хорошо, - ласково вдруг забормотала миссис Хадсон, уставившись в потолок. – Ку-ку, ку-ку, ку-ку, - закуковала вдруг она, а затем запела старую солдатскую песню:

Вперед, обезьяньи задницы, вперед!

Родина, мать вашу, зовет!

Ружья на изготовку, бутерброды в коробку,

А портянку свою ночью под нос соседа подложи,

Пусть во сне нюхает, чтоб его!

Мы британские солдаты,

Самые образованные в мире!

Донос написать – раз плюнуть.

Безоружного врага пришить – раз стрельнуть.

Вперед, обезьяньи задницы, вперед!

Джон Ватсон уже не знал, что ему делать, как вдруг появился его новый сосед Холмс с перекушенной пополам трубкой в руках и заклеенными пластырем губами. Более молчаливый, чем вчера, он смахнул кнопки со своего стула и уселся за стол.