- Дед, подожди здесь на стульчике, сейчас мы отметимся и тебя со всей душой примут.

Мустафаев и Зайчик быстро скрылись за другой дверью, откуда сразу же послышались приглушенные и сердитые голоса.

Штирлиц присел на стул и осмотрелся. Окон в помещении не было. Вдоль стен стояло несколько стульев, в центре стоял биллиардный стол с тремя одинокими шарами. Штирлиц взял кий и стал гонять шары, стараясь попасть в какую-нибудь лузу, но все как-то не получалось.

"Интересно, о чем можно так долго и так скрытно разговаривать?" - подумал он и подошел к двери. Приложив свое ухо, Штирлиц стал подслушивать, чего с ним раньше не приключалось, но к старости, определенно, приобретаешь дурные привычки.

Тут дверь внезапно распахнулась, и Штирлиц ввалился в другое помещение, чем-то напоминаюшее ангар для подводных лодок. Здесь было просторно. Кроме двух уже известных Штирлицу мордоворотов, перед ним стоял человек в грязном белом халате, броско заляпанным чем-то ярко-красным.

Мустафаев, который как раз прятал в карман пачку десяток, сообщил:

- Главный не занят, старик. Тебя сейчас быстро отпустят.

- Меня зовут Мавр Феоктистович Стыдоба, - представился толстый мужчина, перебрасывая на губах бычок гаванской сигары. - Как там наверху, дед, солнышко светит?

- Светит, но не греет, - ответил Штирлиц.

- Понятно. Где его документы?

- У него.

- Документы на стол!

Штирлиц подошел к одному из столов, покрытых серым брезентом.

- Вам о моей пенсии Леонид Ильич позвонил? - спросил Штирлиц.

- Кто?

- Кто-кто! - передразнил Штирлиц. - Генеральный секретарь Брежнев!

- На счет тебя-то?

- Ну.

Стыдоба покрутил пальцем у виска.