- Некогда было меняться, - ответил Штирлиц. - Все работа, да работа...

Старушка быстро соорудила Штирлицу бутерброд, поставила чай и усадила перед собой за столом.

- Ну как ты? Почему не приезжал?

- Только что вернулся на Родину, - соврал Штирлиц.

- Загорел ты сильно, где был-то? Посмотрел мир-то?

- Везде. И в Америке, и в Африке, и даже в Корее...

- А на Кубе ты был?

- Нет, на Кубе не был.

Штирлиц действительно не был на Кубе, потому что то, что он был на Кубе, было строжайшей государственной тайной, разглашать которую первой встречной старушке не очень-то хотелось.

- Хотел найти свою жену, Дуня... Что с ней?

- Умерла она, Максим. Последнее время долго болела, все тебя вспоминала. Столько писем вашему ведомству отправила, да ей так ничего толком и не сказали. "Выполняет важное задание.." старушка протерла глаза. - Хорошо, что ты приехал, Максим, так хотелось на тебя посмотреть перед смертью...

- Это точно, - неопределенно отозвался Штирлиц и быстро выпил предложенный стакан чая. Горячий чай обжег ему горло, на глазах разведчика выступили слезы.

- Чем ты сейчас занимаешься?

- Разных шпионов ловлю, Дуня. Устаю, как собака на птицеферме. То китайские, то двое из Уругвая пожаловали... Пойду я, дел много.

- Максим, а есть у тебя большой и черный пистолет?

- Конечно. Я не расстаюсь с ним даже в бане, - похвастался Штирлиц.

- Я помню, ты всегда носил с собой пистолет и даже прятал его под подушку. Повезло тебе, нашел ты свое место в жизни... А много ли подонков ты успел из него пристрелить? Не вредит ли это здоровью?

- Я стреляю их десятками в неделю, - ответил Штирлиц. - А здоровье мое лошадиное, грех жаловаться. Жаль не успел повидаться с женой.

- Не переживай, так часто бывает, - сказала старушка. - Я восемь раз летала на похороны своих блюзких, и ни разу не поспевала вовремя. Наваждение какое-то...