– Не даст сказать, – раздражается дед. – Прозвище ему было Горячее сердце Холодный лоб… Нет! Наоборот – Холодное сердце, а сам все время в горячке был.

Бабушка крестится:

– Что несет! Тоже родной истории не знает. С температурой-то кто был?.. Троцкий – буревестник.

Дед растерянно моргает.

– А проститутка кто же? – спрашивает он.

– Все, – уверенно и спокойно говорит бабушка. – Проститутки они были все. А главный – Сталин. Настоящая ему фамилия Брежнев Никита Сергеевич. Из цыган. Плясал все.

– Нет, не слухай ее, – предупреждает дед, – пожалуй что брешет она. Ленин был. При нем были ленинцы, настоящие большевики, мечтатели-правдолюбы: Ежов, Ягода, Берия. Их всех победил Горбачев Красное Солнышко. Ласковый очень был, как солнышко, всем все обещал.

– Господи! – всплескивает руками бабушка. – Как же так можно с родной историей?! Взял и переврал все на свете. Обещал все кто? Ельцин.

– Нет! – торжествует дед. – Тут погодь. Ельцин обещал трудности, голод, цены большие. И энтот сдержал свое слово! Но он промахнулся. Он водку запретил пить.

– Запутает ребенка вконец, – пугается не на шутку бабушка. – Кто кому запретил-то?.. Ему самому запретили. Кашпировский Чума Алтыныч. Сказал: тебе с утра не надо… Да там уж пей не пей – ГКЧП пришла.

– Да, – подтверждает и дед, – это вот которые после Чернобыля уроды, они объединились.

– Герои они были, – застывает торжественно бабушка, – почитай-ка Вторую окончательную историю России.

– Враги были, – твердо говорит и дед. – Пьянь последняя. Пропечатано в Третьей неподдельной истории Руси.

– А потом-то? – светится бабушка. – Когда историю переписывали окончательно, нашли, что герои они оклеветанные ни за что ни про что. Всем памятники им мраморные поставили да гранитные.

Дед машет рукой:

– Когда после Окончательной была Великая перепись истории, памятники посносили – докопались в архивах, что змеи они. Всплыло, что и Горбачев-то – шпион английский. Звали Маргарит Тэтчер.