Игорь Петрович расстелил постель, заправил одеяло и простыню, и тут в дверь постучали. Он открыл. На пороге стояла роскошная брюнетка:

— Добрый вечер! Мне сказали, здесь свободное место. Вы не могли бы помочь кинуть наверх чемодан?

Казалось, вроде кровь угомонилась, но при виде брюнетки враз закипела, забулькала. Тем более наконец возник чемодан!

— С удовольствием! — по‑гусарски пророкотал Мыловидов.

— О, португальский портвейн! Обожаю! Можно глоточек?

— Хоть два! — удачно сострил Игорь Петрович и налил полный стакан.

Дама выпила, откинулась на диване, и в глаза Мыловидову бросились два чудных колена. Он почувствовал себя молодым и свободным: «Вот оно! Началось‑поехало!»

— Ваше имя, мадам? — спросил Мыловидов.

— Ириша. А вас?

— Игорь Петрович.

— Очень славно. Игорек, расстегни молнию, если не трудно!

Можно было подумать, Ириша учила тот же сценарий!

Поезд мягко тронулся с места. «Началось‑поехало!» — бормотал Игорь Петрович, ломая молнию на платье. И тут в окне возник взмыленный офицер. Он махал Ирише рукой, крича непонятное. Ириша, улыбаясь ему, помахивая рукой, стараясь закрыть Мыловидова телом. Но полковник увидел его и свирепо припечатал к стеклу прямо‑таки генеральский кулак. Какое‑то время бежал рядом, посылая воздушные поцелуи и могучие кулаки. Наконец на шестом километре, увязнув в болоте, отстал.

— Чего‑то я замерзаю! — прошептала Ириша, оставшись в комбинации, гордясь своим телом.

Игорь Петрович смотрел на полуобнаженную грудь и видел два генеральских кулака.

«Муж‑полковник! Убьет! У военных своя авиация! Прилетит самолетом, встретит на вокзале, расстреляет обоих! Меня‑то за что?»