Мыловидов с Ирининым чемоданом выскочил на перрон и нос к носу столкнулся с родной тещей, Галиной Сергеевной. Она кого‑то встречала с цветами. Увидев Игоря Петровича с чужим чемоданом рядом с Ириной, теща вскрикнула.
Мыловидов упал на колени:
— Галина Сергеевна! Я вам все объясню! Я спал совершенно в другом купе! С другими людьми! Дама подтвердит!
Ирина послала ему воздушный поцелуй. Теща влепила пощечину. Игорь Петрович чуть не заплакал с досады: «Мало того что за двадцать шесть рублей всю ночь ни с кем не спал, так за это еще и по морде!»
Игорь Петрович затравленно оглянулся. Сзади, стоя к нему спиной, Ирину обнимал военный с генеральскими погонами. Мыловидов чуть не потерял сознание: «Муж! Догнал все‑таки! Когда же генерала успели присвоить? Вот оно, началось‑поехало!»...
От греха подальше
Не иначе народ умом тронулся. Толком объяснить ничего не могут!
Вот вам пример. Встречал девушку на платформе Сестрорецк. Ветку сирени сломал по дороге, стою на платформе, жду.
Точно в 22.40 подходит электричка. Я с цветами, а из вагона вылетают трое орлов и, ни слова ни говоря, давай мутузить. Да так, слова не вставишь!
Стоянка минута. Точно по расписанию бить кончили, вскочили в тамбур, орут:
— Передай Серому, с ним то же самое будет!
Откуда мне знать, какому Серому?
А электрички след простыл.
Неделю пролежал, пока зажило, а сам думаю: «Не в сумасшедшем доме живем. Может, действительно что‑то важное. А Серый не в курсе».
Когда зарубцевалось, пошел встречать свою девушку. Ветку сирени сломал по дороге, стою на платформе, жду.
А что, если ветка сирени — условный знак? У кого ветка, того и бить! От греха подальше, сирень выбросил.
22.40. Электричка. Опять три орла вылетают, снова отделали за милую душу: