В результате всех задержек темнота уже спускалась на долину, когда напротив знака «ВОТ ЭТО ОНО И ЕСТЬ — 38-Я ПАРАЛЛЕЛЬ» они разглядели менее броский знак «4077-Й МЭШ, ТО МЕСТО, ГДЕ Я НАХОЖУСЬ — ГЕНРИ БЛЭЙК, ПОДПОЛКОВНИК», указавший им, что пора свернуть влево с главной дороги. Следуя указателю, они сначала наткнулись на четыре вертолета, принадлежавших 5-й Воздушно-Спасательной Дивизии, а затем обнаружили несколько дюжин палаток всяческих размеров и форм, безнадежно пытавшихся выстроиться по форме подковы.

— Ну вот. Приехали, — констатировал Ястреб, останавливая джип.

— О, чёрт, — ответил Дюк.

Дождь уже совсем превратился в снег, и земля везде, кроме дороги, стала белой. Когда мотор замолчал, они услышали отдаленные артиллерийские раскаты.

— Гром? — спросил Дюк.

— Ага. Искусственный, — ответил Ястреб. — Они так всех новеньких встречают.

— Теперь-то что? — спросил Дюк.

— Нужно столовку найти, — ответил Ястреб. — По-моему, это вон та фиговина — вон там.

В столовой они нашли несколько офицеров, сидящих за одним длинным столом. Пирс и Форрест выбрали свободный стол, сели и были обслужены корейским мальчиком в военных штанах и грязно-белом пальто.

Они ели, чувствуя на себе изучающие взгляды. В конце концов, один из офицеров поднялся и подошел к ним. Он был пяти футов восьми дюймов роста, толстеющим и лысеющим мужчиной с несколько красноватыми лицом и глазами. На крыльях его воротника блестели серебряные дубовые листья, а лицо выражало настороженность.

— Полковник Блэйк, — представился он, оценивая их взглядом. — Куда путь держите?

— Никуда, — ответил Ястреб. — Нас сюда приписали.

— Вы в этом уверены? — спросил полковник.

— Вы-ы… энто, просили двух отличных парней, — сказал Дюк, — Вот Армия вам нас и послала.

— А где вы весь день пропадали? Я вас к полудню ожидал.