Сережа презрительно хмыкнул и отвернулся.

– Я не знаю, где она их хранит, – пожал плечами тот. – Но это не меняет дела. Считаю, что Клементина и Аполлинарий правы, не позволяя тебе портить глаза, мозги и осанку. Горбатый воин никому не нужен! Вместо этого на зимних каникулах ты должен заняться зимними видами спорта, чтобы тренировать тело для будущей армейской службы.

Сережа мрачно усмехнулся.

– Разумеется, я знаю, что тебе больше по душе интернетная фигня…

Внук изумленно уставился на деда.

– А что ты думал, я тоже могу изъясняться на твоем языке. Давай поговорим на нем.

Сережа прищурился и замотал головой.

– Значит, – тяжело вздохнул дед, – ты молчишь и бастуешь, отстаивая свое право на компьютер.

Внук активно закивал.

– И не собираешься разговаривать до тех пор, пока тебе не вернут провода.

Он закивал еще активнее.

– Так вот, дружок, тебе их не вернут! Бастуй дальше, – удовлетворенно хмыкнул Константин Бенедиктович и потер руки. – И можешь не разговаривать с нашей родственницей Аделаидой, которая в состоянии купить дорогому племяннику дюжину компьютеров, потому что она владеет миллионами.

Сережа выразил удивление.

– А зачем ей покупать их молчуну, не желающему сказать ей «Здравствуй, дорогая и любимая тетушка»? Да, милый мой, она приехала к нам в гости, чему мы все очень рады. Да, дорогой внук, она чрезвычайно удивится тому, что ты онемел. И пусть это останется на твоей совести. Молчи дальше. Но подумай, стоит ли дюжина компьютеров невинного «Здравствуй, любимая тетушка». А после этих слов можешь опять замолчать. Так, ты не собираешься становиться штрейкбрехером. Жаль, очень жаль. Идите, молодой человек, в свою комнату и подумайте над моим советом. Кстати, мог бы поблагодарить за подарок.

Сережа нервно повел худым плечом.