Борис Кузнецов

Бензоколонка

— Ну, что, все собрались?

Начальник районного отделения милиции, майор Георгий Георгиевич Бушуев, высокий, костлявый мужчина с длинными жилистыми руками по прозвищу «дядюшка Сэм», обвел глазами всех сотрудников, присутствующих на совещании.

— Начнем тогда…. Рассказывай, Павлов, что там у тебя с этой бензоколонкой, ну, там, где Хусейнов начальник или владелец, черт его разберет.

— Так, что особенно докладывать-то? — поднялся с места Коля Павлов, один из самых опытных оперативников отделения. — Сами знаете, в последнее время совсем оборзел Хусейнов этот! Подъезжаешь к его колонке, чтобы заправиться, на казенной машине, естественно, с мигалкой, так представляете, нос воротит, будто, и не менты мы, а хрен знает кто! Я уж не говорю о том, чтобы оказать народной милиции посильную материальную помощь! «Я, — говорит, — не для того деньги зарабатываю, чтоб вас, слонов и ослов, кормить и поить! У меня своих прихлебателей хватает, усатых, бледных да ладных!»

Милицейские сотрудники засмеялись и закивали головами, дружно подтверждая справедливость сказанного.

— Это всем известно, ты давай про сегодняшнюю операцию докладывай! — Бушуев с трудом удержал усмешку и постучал авторучкой по столу. — Что обыск дал?

— Ну вот, я и говорю, пришлось у него в доме обыск произвести.

— Слушай, Павлов, а как ты ордер-то получил? Поделись опытом!

Молодой оперативник, лейтенант Кутин, чуть приподнялся на стуле в дальнем углу кабинета.

— Ну, я не знаю, можно об этом говорить или нет? — Павлов вопросительно посмотрел на Бушуева.

— Ладно, излагай, как есть, пусть молодежь у старших учится! — дядюшка Сэм добродушно усмехнулся. — «Служба наша и опасна и трудна», сам знаешь!

— Тогда ладно, — Павлов поправил на себе китель. — Пришлось прибегнуть к помощи Тоньки Блеровой, ну, этой, бл…, то есть, проститутки, с Английской набережной. Взял ее, можно сказать, тепленькую, прямо на рабочем месте и прижал слегка, да и старые грехи припомнил. Она — туда, сюда, мол, невиноватая, а я ей говорю: не хочешь загреметь на пятнадцать суток, — пиши заявление, что я продиктую…



1 из 4