– Откуда вы знаете, что пропала фляга с кумысом? – вкрадчиво спросил майор. Он распахнул планшетку, перевернул лист, на котором недавно записывал показания юртмена, написал на обратной стороне крупными буквами: «Протокол дознания», ниже написал свой вопрос.

– Каждый шакал в селении знает, что Тулен-Джерби хранит кумыс в большой фляге, – ответил Таджибек, – а больше у него и воровать нечего. Разве что магнитолу ВЭФ.

Майор занес его утверждение в протокол, задумчиво посмотрел на Тулена-Джерби.

– ВЭФ тоже украли, – заметил тот.

– Это не мы, – упрямо повторили двое. – Ты нас знаешь, мы не воры.

– Есть, вообще-то, еще один, – сквозь зубы процедил юртмен и брезгливо сплюнул. – Бастурханом зовут. Известный пьяница, еще больший, чем эти.

– Мы не пьяницы! – запротестовали двое, и эти их слова были добросовестно занесены в протокол.

– Пошли к... – майор заглянул в листочек, – к этому вашему Бастурхану. – Он двинулся первым. – Чувствую, мы на верном пути. У него имеется табак? – спросил он на ходу, через плечо.

– Он курит, – радостно подтвердил юртмен, хотя не понял, при чем здесь табак. – И много пьет, – на всякий случай напомнил он.

– Земля вокруг пивной юрты была посыпана табаком, поэтому собака не взяла след, – догадался начитанный Богурджи, но Таджибек поспешно ткнул его локтем в бок.

– Тише! – прошипел он, испуганно стрельнув глазами по сторонам. – Не умничай, а то нам сейчас предоставят адвоката. Тебе это надо? Мне, например, хватило и звонка.

– Разговорчики! Шире шаг! – Кто-то ткнул их в спины и они замолчали.

Еще не дойдя до юрты Бастурхана, процессия услышала громкую музыку.

– Бритни Спирс, – уверенно определил майор, не прибегая к помощи криминалистов. – Песня «Piece of Me» из альбома «Blackout» 2007-го года... – Он поднял руку, останавливая подчиненных, распахнул планшетку и записал что-то на листочке. Затем приблизился к юрте, пошарил рукой левее латунной пряжки ремня, опоясывавшего халат, и достал из деревянной кобуры пистолет. – Всем стоять здесь, – приказал он. – Я возьму его сам, лично...