Мрачный толстяк тяжко вздохнул и направился к своим верблюдам.

И караваны разошлись — зашагали каждый своим путем.

На почтительном расстоянии от унылого толстого судьи шага/, верблюд Абдурахмана.

Тишину пустыни нарушил крик. Какой-то человек, прихрамывая, выбежал из-за песчаного бархана и побежал за Абдурахманом, размахивая рукой.

Длинный Нос остановил верблюда. Обливаясь потом, подбежал один из погонщиков караванов тощего судьи.

— Ты хороший человек, — сказал погонщик Абдурахману. — Мы слышали, как ты хвалил Насреддина. Плохой человек не будет хвалить нашего друга. Меня укусила в ногу змея… Я не успею добраться с судьей до города. Назад ближе. Домой путь всегда кажется более близким. Дома меня спасут от яда… Помоги мне, и я познакомлю тебя с другом своим Насреддином. Ходжа живет рядом со мною… Помоги мне, хороший человек! Я покажу тебе короткий путь через пески. Мы приедем раньше толстого судьи, который тебя прогнал…

— Садись, — пододвигаясь, сказал Абдурахман.

Душа подслушивателя пела от счастья: еще бы! Такая удача! Через этого нищего он познакомится с Насреддином, войдет в доверие…

— Я еду в город, чтобы познакомиться с защитником бедных и обиженных, — сообщил Абдурахман, пока укушенный усаживался. — Я сам бедняк. Вьюки мои легки. Как видишь, это мое имущество… Я езжу по пустыне и учусь у мудрых различным наукам… Устраивайся удобнее, брат, — верблюд выдержит двоих бедняков. Вот двоих толстых баев — едва лк… Значит, ты познакомишь меня с самим ходжой Насреддином?

Вдали, утонув в облаке песка, шагал караван толстого судьи.

Верблюд с двумя седоками свернул в сторону и скрылся за барханом.

История вторая, повествующая о злоключениях муллы, недостроенной мечети, пропавшем ишаке, дарах аллаха а многих других происшествиях