– А с кем его связывать? – спросил Костя.

– С ЦРУ – шёпотом сказал Женя и оглянулся. – Ну, это ерунда, – улыбнулся Костя торжествующе, – это я и без него могу – и Костя сосредоточился.

Однако выйти на связь ему не дали – пришла медсестра Леночка и развязала Виктора. Потом дала Жене ключи и кусочек мыла.

– Покажи нашему герою, где душевая. Пусть вымоется как следует. А то всю палату провонял.

– Тут только Виктор заметил, что воняет он нестерпимо.

– Через час Виктор, умытый и переодевшийся, курил с парнями и слушал Костин доклад:

– Как вы ушли, так я сразу же на связь и вышел. Доложил там – так и так. Они сказали, что войсковая операция назначена на утро. Это хорошо – тогда тебя, полковник, наколоть не успеют.

– Спасибо, Костя, – улыбнулся Виктор. – Что бы я без тебя делал?

– Без нас ты бы пропал, полковник, – сделал вывод Лёня, – Народ и армия едины.

– Так я же из другой армии, – пошутил Виктор.

– Ты от этих уколов совсем мозги потерял, – завёлся Лёня, – Ты что же не знаешь разве, что наш народ служит в нашей армии а един с не нашей. В этом вся диалектика.

– Ах, вот как… – задумался Виктор, но думать не было сил, и он, отдав бычок подвернувшемуся хронику, побрёл спать.

Утро настало несколько необычно – сначала оглушительно взорвалось во дворе, посыпались выбитые взрывной волной стёкла, и только потом разнёсся визг санитарки. Виктор вскочил и увидел, что визжит санитарка не зря – всё её лицо изрезано осколками стекла. Больные теснились к окнам. Виктор тоже подошёл к окну, отжав несколько луноходов. По двору больницы кружили два бронетранспортёра. В пролом бетонного забора вваливался танк. Одуванчиками парили парашютисты.

Подбежал восторженный Лёня:

– Ну, блин, мы им сейчас покажем, как Родину любить! Ты, полковник, постой, а я побегу снова пуговицы нашивать. Кокарду бы только прибить, кокарду…