Председатель (замахивается, чтобы ударить ключами оппозиционера, крикнувшего «Долой», но, вспомнив о своем председательском достоинстве, сдерживается).

Номер 747. Прошу слова!

Председатель. Нет вам слова!

Номер 747. Я хочу сказать от имени бывших патрульных. (Крики «Пускай скажет! Надо всех выслушать»)

Председатель. Слово имеет участник съезда номер 747.

Номер 747 (бьет себя s грудь). Я, господа, с гордостью вспоминаю свою службу патрульным и не дам никому говорить здесь об этом. Вы ошибаетесь, гоьоря, что из-за патрульных падает наш авторитет. Я думаю, что наш авторитет падает потому, что для чего только нас не используют. Возьмите, например, такой факт: в театре нет публики – нас переодевают в штатское платье и ведут в театр, чтобы там зрителей было больше. Да и ведут на такую пьесу, которой вообще не понять Если так будет продолжаться, то в один прекрасный день, когда не будет пассажиров на железной дороге, нас будут использовать вместо пассажиров. Или, к примеру, если студенты университета устроят демонстрацию и не захотят посещать лекции какого-нибудь профессора, нас тоже переоденут и пошлют в университет вместо них. А если оппозиция в Скупщине устроит обструкцию и не придет на заседание, нас заставят занять депутатские места. И кто знает, где еще нас могут использовать! (Общее одобрение. Слышны отдельные выкрики: «Не хотим быть народными депутатами!»)

Председатель. Кто за то, чтобы это предложение было принято и вошло в резолюцию? (Предложение принимается.)

Председатель. Так как мы все неграмотны, попросим господина Перу, бывшего жандарма, а ныне уездного писаря, написать для нас резолюцию. (Пред-ложение принимается.)

Председатель. Согласно повестке дня, мы должны выбрать один день в году, в который мы будем собираться в Белграде и отмечать наш жандармский праздник.