Начальница потребовала, чтобы я немедленно пошел домой и оделся. Я изобразил на лице презрительную улыбку. Коридор мгновенно опустел. Начальница пригрозила вызвать вытрезвитель, если я не прекращу корчить рожи и пугать сотрудников. Пришлось покинуть свой пост. Проклятая крыса, она сполна заплатит за мои унижения. Дома застал Германа. Он уговорил сыграть «по копеечке» в карты, и я выиграл у него недостающие сто тысяч. Уходя, Герман подмигнул и сказал, что я теперь миллионер, но он еще зайдет сегодня ко мне и попытается отыграться. Когда вернулся на завод, рабочий день подошел к концу. Я подождал, пока все уйдут, закрылся в душевой и достал из кармана пальто аэрозольный баллон и оставшуюся бутылку пива. Раз, два, три. В баллончике еще что-то плескалось. Вот и хорошо, оставшуюся отраву можно будет вдуть в пасть этой серой мерзкой твари, а затем, по одной, оторвать ей все ножки. Сначала одну, потом другую, третью, четвертую, пятую… Будет знать, как жрать чужие деньги. Потом пришел Герман, и мы начали играть…


Только через неделю, в закрытой изнутри душевой административного корпуса завода, был обнаружен повесившийся на брючном ремне младший бухгалтер Сироткин Алексей Владимирович, тридцати трех лет, холостой. На полу рядом с ним валялись раскиданная колода карт, аэрозольный баллон и пустая бутылка из-под пива. В руке покойного были зажаты три карты: тройка, семерка и туз. На последнем было нацарапано: «Герман выиграл у меня миллион. Я нищий. Жизнь больше…» (дальше неразборчиво). Эксперты установили, что надпись была сделана рукой гражданина Сироткина, и в данном случае имеет место самоубийство, правда, они не обнаружили в душевой ручки, но, возможно, предсмертная записка была написана заранее.

Да, чуть не забыл, недавно в газете «Известия» появилась большая статья на поводу ограбления на запорожском заводе «Коммунар». В ней сообщалось, что уже на третий день усилиями работников внутренних дел были найдены в колодце теплотрассы мешки с деньгами и арестован командир отделения военизированной охраны Н.Гордиенко, который спустя полтора суток сознался в краже. Никакого упоминания в статье о замурованной нише, младшем бухгалтере Сироткине, Германе, а, тем более, крысе, не было, да и речь там шла не о девятистах, а о каких-то семистах восьмидесяти двух тысячах рублей.



9 из 10