И тут он остановился. Гостья! Эта милая миссис Эд, у которой зимой будет обморок… нет, ребенок! От его успеха зависит все. Разве можно ее обмануть?

Очевидный ответ «Можно» был побежден на корню рыцарством, унаследованным от череды предков, непрестанно выручавших из беды прекрасных дам. В те давние дни не успевал дракон или двуглавый великан напасть на даму, как раздавался крик: «Где Эмсворт?», и тогдашний обладатель титула, наскоро натянув кольчугу, выскакивал из-за круглого стола. Неужели теперь, в нашем веке, потомка их испугают какие-то блондинки?

Залившись краской, лорд Эмсворт повернулся и снова пошел к воротам.

В гостиной красивого дома было прохладно — у самого окна раскинулось дерево, но там начиналось одно из тех жарких пиршеств, которые бывают в наших вавилонах, когда к лесной акуле приедет достаточно блондинок. Коктейли ходили по кругу, а главная блондинка с большим блеском изображала старичка, который не может отличить собачий корм от энциклопедии. Портрет был в духе импрессионистов, не слишком лестный.

Она как раз начала все снова, на «бис», когда из-за окна раздался громкий лай.

— Кто-то дразнит Эйзенхауэра, — сказала вторая блондинка.

— Кошку увидел, — предположил хозяин. — Да, а какой этот старик?

— Высокий, — сказала одна блондинка.

— Худой, — сказала другая.

— Старый, — сказала третья.

Четвертая прибавила, что он — в пенсне.

Хозяин был печален. Он вспомнил, что последние дни именно такой человек рыскал у ограды. Что там, он видел его сегодня утром. Стоит, смотрит…

У акул, развлекающих блондинок, когда уехала жена, тоже есть скелет на пиру, ложка дегтя в бочке меда. Можно ли поручиться, что жена, хотя бы и робея, и стыдясь, не пригласит частного сыщика? Именно эта мысль свистела, словно ветер, в уме несчастной Акулы, которую, кстати сказать, звали не Григзом и не Фолансби, а Джорджем Спенлоу.