Если стук самого демократичного диктатора Европы звучал по-хозяйски уверенно, то стук нового гостя звучал по-хозяйски расчетливо. Лео без труда распознал в нем своего частого гостя, миланского правителя, а по совместительству известного в высших сферах олигарха и мецената Людовико Сфорца.

Сфорца давно славился привычкой скупать все, что шевелится, везде, где что-то пошевелилось. А Лео давно был для него лакомым куском, но пока устойчиво противостоял все более соблазнительным предложениям от Сфорца переехать в Милан.

Честно говоря, немалую роль в этом сыграл отказ Джинни переехать вместе с ним. «Ты что, — сказала она. — Это же нужно искать какого-нибудь миланского богатея, выходить за него замуж, а у меня еще пол-Флоренции не охвачено!»

На вторую половину у Джиневры должно было уйти года три. Поэтому Леонардо подошел к двери с твердым намерением вежливо отказать гостю.

— Семен Семеныч! — как обычно, Сфорца был весел, румян и упитан. — Какие люди!

Лео терпеливо прошел процедуру троекратного целования, а также похлопывания по спине, после чего пропустил гостя в дом.

— Как здоровье? Как отец? Как Джинни? — бодро расспрашивал меценат, показывая своими вопросами немалую степень осведомленности о личной жизни великого мастера.

После того как вежливые вопросы кончились, Сфорца посерьезнел.

— А ведь я к тебе по делу, самородок. Ты знаешь, я — человек серьезный и всегда думаю на два шага вперед.

И гость сделал два строевых шага вперед. Лео согласно кивнул. Лео знал.

— Скажу сразу, — продолжил Сфорца, — что я в курсе этой дурацкой испано-португальской кампании по поиску альтернативных путей в Индию.

— Почему «дурацкой»? — осторожно поинтересовался Лео.

Кот, кстати, так же осторожно выбрался из-под кровати.

— Ну как почему! — Сфорца азартно достал из-за пазухи карту и разложил на столе. — Медичи был у тебя? Ладно, не ври, знаю, что был. Во все времена есть люди, которые хотят перемен, и люди, которые перемен боятся как черта. Медичи из последних, и это понятно, у него налаженный бизнес. Зачем ему перемены?..