– На фига тебе гладить штаны?

– Сходил бы к одной знакомой, взял бы у нее взаймы рублей пять.

– Это хорошая мысль! Иногда, Дамкин, тебе в голову приходят действительно гениальные мысли! - обрадовался Стрекозов. - Возьми мои штаны! Только пять рублей не солидно брать, можно взять шесть.

– Твои штаны? - с сомнением посмотрел Дамкин. - Интересно, чем же они лучше моих?

– Тебе мои штаны не нравятся? - обиделся Стрекозов, оглядывая себя с ног до головы в пыльное зеркало на стене. - Отличные штаны! Гораздо приличнее, чем у тебя.

– Чем же это они приличнее?

– Не нравится - не надо. Иди в своих.

– Я ж тебе говорю: не глажены они.

– Сходи к соседям, возьми утюг. Всему тебя надо учить!

Дамкин нехотя поднялся из-за стола, потянулся и пошел к двери.

– Эй! - окликнул Стрекозов. - А может соседи и денег одолжат?

– Жди! Одолжат, как же! Сосед напротив снял со сберкнижки сто рублей и, подпрыгивая от нетерпения, ждет, когда я за ними зайду. Да еще твой любимый дворник Сидор денег для тебя припас! Целый килограмм пятирублевок! - отозвался Дамкин и вышел.

Художественно посвистывая, Стрекозов все так же смотрел в окно, созерцая, как на скворечнике пионера Иванова разгорелась драка между двумя воробьиными семействами, а потом решил заняться делом.

Стрекозов завалился на топчан, взял на колени треснутый телефон, который только чудом не разваливался на мелкие кусочки, прижал трубку к уху и пролистал записную книжку.

– Але! Мне товарища Сократова, пожалуйста! А! Привет! Первый раз в жизни получилось: звоню тебе на работу, и ты на месте! Ты помнишь, что у нас с Дамкиным завтра день рождения? Класс! Приходи к двум. Да, кстати, Дамкин просил передать, что ему штаны нечем гладить! Ну, пока!

– Але! Шлезинский? Здорово, старик. Да, завтра. К двум часам. Подарок? Ну, если тебе очень хочется что-то подарить, то Дамкин всю жизнь об утюге мечтает! Ну, давай!