Но все, что он мог произнести, было:

— Гм… я… гм-гм…

Но и этого было уже много.

— Вот спасибо! — порывисто воскликнула молодая девушка. — Вы очень милы, мистер Бартон. Я буду о нем заботиться, и мы с ним не расстанемся.

— Гм!.. гм!.. гм!.. — отвечал опять Джон.

И автомобиль укатил.

Час спустя лорд Берти Фандалль присоединился к Алине, сидевшей в тени высоких деревьев.

— Что, Бартон уже уехал? — спросил он небрежным тоном.

— Да, — ответила Алина.

Лорд Берти облегченно вздохнул. Теперь он, по крайней мере, мог свободно расхаживать, без страха наткнуться на эту ужасную собаку, вечно готовую на него наброситься. С легким сердцем он опустился в кресло по соседству с Алиной.

— Знаете, мисс, — начал было он.

Вдруг какой-то звук, похожий на сопение, раздавшийся позади, заставил его повернуть голову. Голос его пресекся, монокль от нервного движения выпал, и он подскочил, словно на пружинах.

— А вот и Руби, — сказала Алина. — Поди сюда! Куда это ты умудрился засунуть морду, что так перепачкался в грязи?.. Вы любите собак, лорд Герберт? Я их обожаю.

— Собак?.. Да, да… — произнес его светлость, вертясь с самым жалким видом, пока Руби проходил мимо. — О да!.. То есть… О да, очень!..

Алина принялась очищать морду Руби от грязи.

— Вы не находите, что можно судить о характере человека по тому, внушает ли он собакам симпатию или антипатию? Они одарены чудесным инстинктом.

— Чудесным!.. — повторил его светлость и поспешил отвернуться, встретившись с устремленными на него огромными глазами Руби.

— Мистер Бартон хотел увезти Руби, но ведь это было бы смешно, — на такой короткий срок, не правда ли?

— О да! — ответил лорд Берти. — Но большую часть дня он будет, конечно, проводить в конюшне… то есть… не будет же он все время с вами?

— Что за мысль! — воскликнула с негодованием Алина. — Руби совсем не создан для конюшни. Он все время будет со мной.