И так случилось, что в хирургическом отделении в это время дежурил ее брат. Естественно, он сразу узнал, в чем дело, и можно себе представить, какие он испытывал чувства. И как раз в это время в ту же больницу привозят тех самых кавказцев. Всех троих. Сразу после совершения преступления они попали в аварию и довольно сильно расшиблись.
От брата-хирурга можно было ждать всякого. Но он их не прирезал, не отравил, а как полагается залатал, наложил швы и вс, такое. Правда, когда они очнулись, обнаружилось, что у всех троих удалены эти... ну, то самое. На возникшие было претензии хирург отвечал, что ампутировал сильно пострадавшие органы во избежание гангрены или чего-то в этом роде. Что ж, такие решения врач принимает самостоятельно.
Во время следствия данный эпизод остался в тени.
Опер – всегда опер
Мария Николаевна, старший опер управления УР в тот день не работала. Она тащилась по улице Тверской-Горького с двумя большими сумками из магазина в магазин. Неожиданно она заметила в толпе человека, которого в следующую секунду вспомнила: опасный преступник, находящийся в розыске, бежал из заключения, может быть вооружен, как сказано в ориентировке, которую она видела только вчера.
Решение нашлось довольно быстро. Она подошла к нему и попросила помочь донести сумки, напустив на себя предельно усталый вид. Тот удивленно оглядел ничем не примечательную женщину средних лет, ничего, конечно, не заподозрил, но помочь не пожелал. Мария Николаевна приняла вид умирающей и сказала, что сама она до дома не дойдет. В конце концов, он согласился помочь, естественно, не задаром.