Геральд.

Я уверенно оттолкнула возникшую вдруг мысль. Этого не может быть, в этом нет ни зернышка правды.

Но что я знала о Геральде Фаулксе, кроме того, что он сам мне рассказал? И ведь я сама вдова, одинокая, способная увлечься. И тоже неплохо обеспеченная.

Люди говорят: «Куда отец, туда и сын». Но возможно ли, чтобы то же самое относилось и к пра-пра-пра-пра-правнуку?

Ужасно было даже думать так о Геральде. И все же я не могла выбросить эту мысль из головы. В конце концов я решила, что мне ничего не остается, кроме как попытаться подтвердить те его биографические данные, с которыми он меня познакомил. Если сказанное им окажется верным, то он не может быть извергом, которого я себе вообразила.

Он говорил, что долгое время работал на бирже в Олбани. Я тут же позвонила старому другу первого мужа, маклеру в Бостоне, и спросила, не может ли он узнать для меня, занимался ли в Олбани акциями последние пятнадцать-двадцать лет человек по имени Геральд Фаулкс. Он сказал, что легко это выяснит при помощи каких-то справочников и позвонит мне. Позвонил и ошарашил известием: Геральда Фаулкса нет ни в одном справочнике.

Я все еще отказывалась верить. Надев пальто и шляпу, я вышла из дома и отправилась прямиком в телефонную компанию, где после долгих полуправдивых объяснений насчет генеалогических исследований мне удалось убедить одну из сотрудниц поискать для меня старую телефонную книгу города Олбани.

Геральд Фаулкс не числился ни в первом указателе, ни в разделе «Акции и ценные бумаги».

Итак, все правда. Я легко могла представить себе метод Геральда. Созрев для очередной жертвы, он принимался искать в том или ином генеалогическом журнале кого-нибудь, с кем у него в прошлом обнаруживались общие предки. Затем он знакомился с этой женщиной, быстро определял, вдова ли она, подходит ли она ему по возрасту и располагает ли достаточно большим счетом в банке, после чего начиналось ухаживание.