— И долго они там… э… готовят? — выдавил он, отчего Гермиона широко улыбнулась, а Лили подмигнула Розе, поймав насмешливый взгляд сестры. Хьюго переводил озадаченный взгляд с отца на мать.

Джеймс, наконец, кинул журнал на столик и потянулся, взглянув на часы, что тихо тикали на стене.

— Почти двадцать минут.

Лили сделала большие глаза в сторону Розы, та ухмыльнулась, а Хьюго, наконец, понял, о чем говорят остальные, и вскочил, но рука Гермионы, положенная на плечо сына, вернула мальчика на место.

— Так, я есть хочу, — тихо проговорил Джеймс, вытягивая ноги и наблюдая за Гермионой, которая подошла к книжному шкафу и рассматривала корешки книг. Рон плюхнулся на свободный диван и уставился в потолок.

— Что ж, у нас два выхода. Ждать или пойти и напомнить им о том, что время завтракать, — проговорил Рон. Но никто не осмелился встать и нарушить уединение Гарри и Джинни. Все только переглядывались.

Тут в тишине раздались быстрые шаги, и в гостиную, цепляя на нос очки, вошел Альбус. Его волосы были такими же взъерошенными, как и у Джеймса, но мальчик был еще маленьким, хрупким, голенастым. Его зеленые глаза — глаза отца — оглядели всех в комнате.

— Доброе утро, — улыбнулся он, на щеке появилась ямочка.

— Доброе утро, Ал, — хором ответили присутствующие и в гробовой тишине проводили мальчика взглядами. Альбус прошаркал к кухне, и в гостиной был слышен его звонкий голос:

— Мам, я хочу есть, когда завтрак?

Лили представила себе, как отец и мама отпрыгивали друг от друга, и опять залилась румянцем. Рон хмыкнул.

— О, вы уже тут, я не слышала, — в комнате появилась Джинни, приглаживающая волосы. Джеймс улыбнулся, Лили отвела смеющиеся глаза. — Завтрак почти готов.

Лили поднялась и отправилась на кухню. Альбус уже восседал за стойкой и уплетал шоколадную лягушку с самым довольным выражением на лице. Отца здесь не было — видимо, старший Поттер вышел через другую дверь.