- Добрый вечер! - вежливо сказал он и выпрямился, насколько позволял ему горб.

Она поднялась со стула, и он узнал её — перед ним стояла старшая дочь священника, должно быть, самая красивая женщина из тех, кого ему когда-либо приходилось видеть.

- Не бойся меня, - предостерегла она. - И подойди поближе.

Он послушно сделал пару шагов вперёд и замер.

- Мне ужасно стыдно, - неожиданно промолвила она.

- Вам? Стыдно? - удивился карлик. - Но почему?

- Мне стыдно за своих братьев и сестёр.

Он ещё больше удивился, но сохранял благоразумное молчание, полагая, что она сама пояснит свои слова. Так оно и произошло.

- Они считают, что вправе решать, кто на этой земле достоин молитвы, а кто нет. Возможно, они даже полагают, что им судить, кто праведник, а кто грешник. Они заблуждаются!

- Вы хотите сказать, что я такой же, как они? - догадался карлик.

- Нет, ты лучше. Ты чище их всех вместе взятых. Добрее. Умнее.

Карлик опустил лицо, чтобы она не увидела ненароком набежавшую слезу. Женщина прикоснулась к его плечу своими тёплыми пальцами.

- Чего ты хотел попросить у Бога?

- Красоты, - честно признался он, не видя смысла таиться от этой сильной женщины.

- Ты и так красив, - сказала она и порывисто прижалась своими губами к его изуродованным устам.

Они ушли из церкви примерно через час. Не прощаясь. Не делая друг другу бесполезных обещаний. Не договариваясь о следующей встрече. Отгоняя прочь мысли о будущем, Уродливый Карлик шагал привычной дорогой к дому и думал о том, что Бог всё-таки услышал его.

***

Вода в котелке закипела, и Одноногий Солдат поднялся со своего места возле костра, чтобы взять из мешка пригоршню высушенных листьев и заварить чай. Ароматный пар коснулся ноздрей сидевшей вокруг огня компании. Теперь оставалось только немного подождать, пока жидкость настоится, после чего можно будет пригубить этот прекрасный напиток, наслаждаясь богатством его вкуса.