Это был сомнительного вида трактир в сомнительной части города. Из его открытой двери вырывались звуки, напоминавшие грохот битвы. Я ясно различал звон разбиваемых стаканов. Когда я вплотную подошел к двери, оттуда выскочил хорошо знакомый мне человек и пустился бежать без оглядки. Через секунду на пороге появилась какая-то женщина.

Это была маленькая женщина с огромной шваброй в руках. С швабры капала липкая грязь. Она потрясала ею, как пикой. Бегущий человек обернулся, взглянул на швабру и побежал еще быстрее.

— Эй, мистер Биллсон! — закричал я ему вдогонку.

Но я выбрал неудачное время для разговоров. Он помчался дальше, даже не взглянув на меня. Когда он завернул за угол, женщина сказала ему несколько грозных напутственных слов, победоносно встряхнула шваброй и скрылась за дверью трактира. Я пошел дальше. За углом ко мне подошел мистер Биллсон.

— Простите, я не узнал вас, — сказал он.

— Вы так торопились, — сказал я.

— Ы! — произнес мистер Биллсон и умолк.

— Кто такая эта ваша знакомая с шваброй? — бестактно спросил я.

Мистер Биллсон смущенно взглянул на меня. Ему совершенно не следовало смущаться. Даже самые храбрые герои не раз в страхе обращались в бегство при виде взбешенной женщины.

— Она вышла из задней комнаты, — сказал он в замешательстве. — Увидела меня и подняла скандал. Мне пришлось бежать. Не могу же я бить женщину, — галантно прибавил мистер Биллсон.

— Конечно, не можете, — согласился я. — Но за что она рассердилась на вас?

— Я делал добро, — благочестиво сказал мистер Биллсон.

— Делали добро?

— Да. Я выливал пиво из стаканов.

— Какое пиво? Из каких стаканов?

— Пиво тамошних пьяниц. В этом трактире целая толпа нераскаянных грешников. Все они сидели за столиками и пили пиво. Я вылил все пиво на пол. Ходил от столика к столику, брал стакан и выливал пиво. Эти бедные грешники нисколько не были удивлены.