— Никогда, — ответила старая дева с ястребиным лицом, уничтожающе глядя на меня.

— Как странно! — сказала тетка Акриджа. — Действительно необыкновенно странное происшествие… Ах, вы уже уходите, мистер Коркоран?

Мой ум находился в самом хаотическом состоянии, но одну вещь я понимал твердо и четко. Я должен уйти. Я уйду через дверь, если я найду дверь. Я уйду через окно, если дверь не попадется мне под руку. И я не завидую тому человеку, который попытается остановить меня.

— Кланяйтесь от меня мистеру Джевонсу, — сказала тетка Акриджа.

Я мялся возле двери, стараясь нащупать дверную ручку.

— Еще одна просьба, мистер Коркоран. Будьте добры, передайте моему племяннику Стэнли, что я прошу его больше не присылать ко мне своих друзей. Всего хорошего.

За дверью я наткнулся на моего старого приятеля, лакея. Каким-то внутренним чутьем, присущим подобным людям, он понял, что я ухожу посрамленный. Его руки, казалось, едва удерживались от желания схватить меня за шиворот. Когда я спустился по лестнице и вышел на крыльцо, он внимательно оглядел мостовую, как бы ища на ней подходящее место, куда можно было бы получше швырнуть меня.

— Какая прекрасная погода, — робко сказал я ему. Он не удостоил меня ответом. Шагая по залитой солнцем улице, я долго чувствовал на своей спине его проницательный взор.

— Ну и прохвост, — верно, говорил он себе. — Не догляди я как следует, пропали бы серебряные ложки!

V

Потрясенный, раздавленный, я пешком добрался до квартиры. Войдя к себе в комнату, я застал там Акриджа, который лежал, раскинувшись на моем диване.