Ее на днях выбрали председательницей клуба «Перо и Чернила». Из-за этих проклятых романов я никогда не мог с нею ужиться. По вечерам, когда я ложился спать, она давала мне какой-нибудь томик своего сочинения и утром, за завтраком, расспрашивала меня о нем. Хоть бы за обедом, но нет: за утренним завтраком! Честное слово, это была собачья жизнь, и я рад, что уехал от тетки. Кровь киснет в жилах от чтения этих романов! Теперь ты можешь понять, почему мое сердце обливается кровью, когда я думаю о маленькой Доре. Я знаю, что ей плохо живется, и когда мне удается доставить ей какое-нибудь маленькое развлечение, я чувствую, что мне прощается множество грехов. Я жалею, что могу так мало сделать для нее.

— Ты бы угостил ее хоть чайком после театра.

— Чай для меня недоступная роскошь, приятель. Уж очень трудно стало за последнее время выходить из ресторанов, не заплатив за еду. Проклятые кассиры следят за дверьми, как черти. Но если ты собираешься выпить чайку, я с удовольствием выпью с тобой за компанию.

— Я не хочу чаю.

— Идем, идем! Будь немного радушнее, старина.

— Почему ты в середине лета носишь этот проклятый непромокаемый плащ?

— Не заговаривай мне зубы, старина! Я вижу, что тебе необходимо выпить стаканчик чаю. Ты бледен, у тебя печальный вид.

— Доктора уверяют, что чай вредно действует на нервную систему.

— Они, пожалуй, правы. Не надо чаю! Мы можем выпить бутылочку соды и виски. Зайдем в ресторан!

II

Несколько дней спустя на ипподроме в Дерби состоялись скачки, и лошадь, которую звали Гунга-Дин, пришла к финишу третьей. Конечно, это событие не представляет большого интереса для большинства интеллигентных людей, но для меня оно было необыкновенно важно. Я играл на скачках и поставил на эту лошадь. Это было счастливейшее событие всей моей жизни! На радостях я решил угостить моих ближайших друзей обедом. В список приглашенных был включен и Акридж, но он куда-то запропастился, и я никак не мог его найти. Признаюсь, втайне я радовался — по крайней мере хоть один раз Акридж не пообедает за мой счет.