Тем не менее, основным источником его существования было скромное содержание, которое он получал от богатого дяди. Этот дядя — некий Александр Уорпл — занимался джутовым бизнесом. Что такое джут, я точно не знаю, но, по всей вероятности, населению Америки без джута просто не обойтись, потому что мистер Уорпл нажил на нем неприлично огромное состояние.

Очень многие думают, что если у тебя есть богатый дядюшка, то финансовая проблема решена раз и навсегда, но Коржик уверял, что это далеко не так. Дядя Коржика был здоровяком, который, казалось, собирался жить вечно. Ему стукнул пятьдесят один год, и он вполне мог проскрипеть еще столько же. Бедного Коржика, однако, угнетало совсем не это — он не был изувером и не желал смерти своему родственнику. Что Коржика возмущало, так это отвратительное отношение к нему вышеупомянутого Уорпла.

Видите ли, дядя Коржика не хотел, чтобы племянник был художником, и считал, что у него нет абсолютно никакого таланта. Он все время капал Коржику на мозги, чтобы тот забросил искусство и занялся джутовым бизнесом, причем прошел бы весь трудовой путь, от самого низа к вершинам. Хотя Коржик и не знал наверняка, что происходит в самом низу джутового бизнеса, но инстинкт подсказывал ему: это так ужасно, что и слов не подберешь. Более того, Коржик верил в свою звезду художника и обещал, что рано или поздно напишет шедевр. А пока что, действуя с величайшим тактом и убедительностью, раз в три месяца он добивался от дяди небольшой суммы, с которой последний расставался крайне неохотно.

Коржик не имел бы и этих денег, если бы не дядино увлечение. В этом отношении мистер Уорпл был фигурой уникальной. По моим наблюдениям, во внерабочее время американский промышленный магнат, как правило, не успевает чем-либо заняться. Как только он выпускает кота и запирает контору на ночь, так сразу же впадает в кому, из которой выходит исключительно для того, чтобы снова стать промышленным магнатом.