— Я их не смотрела. Переездом занималась мисс Бенедик. По ее словам, дядя выставил условие, чтобы дворецкий остался. Она сказала, так принято, и я не видела причин возражать. Естественно, я полагала, что он выше любых подозрений. Но теперь…

Она смолкла, но не потому, что закончила мысль. Из глубины дома донесся яростный женский вопль, потом грохот, словно высыпали тонну угля.

— Что еще за черт? — удивилась миссис Корк. Мистер Трампер кузнечиком скакнул к дверям, на мгновение исчез и снова возник, чтобы сообщить:

— Это Кейкбред. Кажется, он упал с лестницы. Ой, простите!

Последние слова адресовались миссис Моллой, которая, подвинув его плечом, вихрем ворвалась из коридора и остановилась посреди комнаты с видом оскорбленной матроны.

— Эй, миссис Корк! — взвизгнула она.

К хранительнице Шипли-холла таким тоном не обращались, но женское любопытство взяло верх над желанием осадить гостью.

— Что-то случилось, миссис Моллой?

— Спрашиваете! Знаете что, или держите вашего дворецкого на цепи, или я за себя не отвечаю. Черт возьми, всему есть предел.

— Боюсь, я не поняла. Что сделал дворецкий?

— Сейчас я его застукала. Рылся в моей комнате! Второй раз за два дня! Торчит из-под ночного столика, словно гора Эверест, и еще имеет наглость утверждать, будто ищет, откуда пахнет. Пахнет ему, держи карман шире! Ничем там не пахнет! Ну и порядочки в вашем заведении! Всякое бывает, но чтобы дважды за два дня! Поневоле озвереешь!

Трампер сопровождал эту энергичную речь мышиным попискиванием.

— Просто поразительно, — выдавил он наконец. — Как раз когда мы об этом говорили, Кларисса.

— Мистер Трампер только что говорил мне, — пояснила миссис Корк, — что сегодня утром застал Кейкбреда в своей комнате при весьма подозрительных обстоятельствах. А я рассказывала, что не так давно видела его у себя. Когда вы вошли, мы согласились, что надо принимать меры.