— Итак, ты вошла…

— Итак, я вошла.

— И увидела Огдена?

— Только на минутку. А потом Реджи…

— Кто?

— Ну, Бростер. Теперь он для меня Реджи. Он по природе своей Реджи. Такое доброе, простодушное лицо. Итак, Реджи увидел, что настало время уроков, и отослал Огдена наверх.

— Одного?

— Одного! А мы с Реджи поболтали немножко. Карие, яркие, твердые глаза миссис Форд расширились.

— Бростер — никуда не годный учитель для моего мальчика, — холодно заявила она.

— Да, наверное, делать так нельзя, — согласилась Синтия. — Но я была в этой шляпке и…

— Продолжай.

— Спустя какое-то время я сказала, что должна начинать работу. Он хотел, чтобы я сначала зарисовала ту комнату, где мы сидели. Я ответила — нет, я лучше спущусь вниз и набросаю вид дома с востока. Восток я выбрала, потому что оттуда ближе всего к вокзалу. И добавила, что он, конечно, водит иногда Огдена в сад. Он согласился — да, водит, и сейчас как раз подоспело время прогулки. Наверное, пойдут они в мою сторону, Огдену интересно посмотреть мой эскиз. Кажется, он поощряет интерес Огдена к искусству.

— Бростер — неподходящий учитель для моего мальчика.

— Ну, сейчас-то, дорогая, он ему больше не учитель. Правильно?

— Что же случилось потом?

— Я ушла со своими рисовальными принадлежностями. Вскоре подошли и Реджи с Огденом. Я сказала, что не могла рисовать, потому что меня напугал бык.

— Неужели он и этому поверил?

— Целиком и полностью. Он такой добрый и чуткий. Мы мило поболтали. Он рассказал мне про себя всё. Раньше, оказывается, он очень хорошо играл в футбол. Сейчас больше не играет, но часто вспоминает прошлое.

— Он мог заметить, что ты не умеешь рисовать. Что тогда стало бы с твоей историей?

— Ну, про рисунки как-то всё забылось.