Примерно в то самое время, когда раздумья Джимми плавно перешли в мир сновидений, некий мистер Джон МакИкерн, начальник полицейского округа, сидел и читал в гостиной своего дома на окраине города Нью-Йорка. Это был человек крупных масштабов. Все у него было крупное: руки, ноги, плечи, грудная клетка и особенно нижняя челюсть, которая даже в минуты покоя агрессивно выпирала вперед, а при малейшем волнении выпячивалась, будто таран у боевого корабля. В те дни, когда МакИкерн еще работал постовым, а дежурил он главным образом в бедных районах Ист-Сайда, эта челюсть славилась от Парк-роу до Четырнадцатой улицы. Молодые люди из трущобных кварталов мгновенно отвлекались от самой захватывающей драки, как только нижняя челюсть мистера МакИкерна появлялась вдали в сопровождении его же массивного туловища. Мистер МакИкерн не знал, что такое страх, и проносился сквозь бушующую толпу подобно восточному ветру.

Но была и другая сторона в характере этого человека. Строго говоря, была она так велика, что прочие его качества — и грозный боевой дух, и рвение в поддержании правопорядка, — можно сказать, служили ей лишь дополнением. Ибо амбиции МакИкерна по своим размерам могли сравниться с его кулаком, а по агрессивности — с его нижней челюстью. Он вступил в ряды полиции, имея в виду одну-единственную цель — разбогатеть, и добивался этой цели с бодрой целеустремленностью, такой же всесокрушающей, как и его могучая резиновая дубинка. Иные полицейские — взяточники от рождения, другие взяточниками становятся, третьим взятки навязывают чуть ли не силой. Мистер МакИкерн начал с первого, постепенно дорос до второго и вот уже несколько лет принадлежал к узкому, но процветающему третьему классу — классу тех, кто не выходит на ловлю взяток, а сидит себе в комфорте и позволяет приносить взятки себе на дом.