Все его мысли были о будущем. Нью-йоркская жизнь служила лишь подготовкой грядущего великолепия. Ни одного доллара МакИкерн не потратил зря. С тех пор, как Молли закончила школу, они жили вдвоем, тихо и непритязательно, в маленьком домике, который Молли обставила очень уютно и с большим вкусом. Соседи, зная его профессию и видя, как скромно он живет, говорили друг другу: вот в кои-то веки полицейский с чистыми руками. Они ничего не знали о том ручейке, что струился на его банковский счет неделя за неделей и год за годом, время от времени разветвляясь и охватывая все новые прибыльные каналы. Пока не пришло время для великой перемены, экономия была его девизом. Домашние расходы строго укладывались в рамки официального жалованья начальника округа. Все, что сверх, отправлялось на пополнение капитала.
Мистер МакИкерн с удовлетворенным вздохом закрыл свою книжечку и закурил очередную сигару. Сигары были единственной роскошью, которую он себе позволял. Он не пил, питался очень просто и невероятно долго ухитрялся носить один и тот же костюм, но никакая экономия не могла заставить его отказаться от курения.
Он сидел и думал. Было уже очень поздно, но спать ложиться не хотелось. В его делах наступил перелом. Уже несколько дней Уолл-стрит лихорадило, как это бывает время от времени. В воздухе носились противоречивые слухи, и в конце концов из этой сумятицы, подобно ракете, взвилась вверх цена неких акций, в которые была вложена основная часть средств мистера МакИкерна. Нынче утром он распродал все свои акции, и при взгляде на результат у него закружилась голова. Единственной четкой мыслью было: время наконец-то пришло. Теперь он мог в любой момент совершить великую перемену.