— Когда поженимся? Ты правда так сказала, мамуся?

— Именно так, — подтвердила миссис Сэндикот. — Дедушка Локхарта и я решили, что вы должны…

Ее слова были прерваны Локхартом, который истинно по-рыцарски — что так очаровывало в нем Джессику — опустился на колени у ног своей будущей тещи и простер к ней руки. Миссис Сэндикот поспешно отпрянула. Поза Локхарта в сочетании с тем, что несколько минут назад произносила Джессика, — нет, с нее было достаточно!

— Не смейте прикасаться ко мне! — пронзительно заверещала она, пятясь подальше. Локхарт вскочил на ноги.

— Я только хотел… — начал он, но миссис Сэндикот не желала ничего слушать.

— Неважно, что вы хотели. Вам обоим давно пора отправляться спать, — твердо сказала она. — Подготовку к свадьбе обсудим утром.

— Ой, мамуся…

— И не зови меня мамуся, — обрезала миссис Сэндикот. — После всего, что я сегодня услышала, я не уверена, что ты — моя дочь.

Она ушла вместе с Джессикой. Локхарт, ошеломленный и погруженный в свои мысли, остался стоять на шлюпочной палубе. Ему предстояло взять в жены самую прекрасную девушку в мире. Он поискал глазами ружье, чтобы салютом из него возвестить миру о своем счастье, но ружья не было. В конце концов он отвязал от поручней спасательный жилет и с воплем радости и торжества забросил его через борт куда-то в море. После чего отправился к себе в каюту, не сознавая, что, отвязав жилет, он тем самым передал на капитанский мостик сообщение: «Человек за бортом!». Позади теплохода сверкал сигнальный огонь бешено крутившегося и бултыхавшегося в воде жилета.

Последовала команда: «Стоп машина!», спустили спасательную шлюпку. Локхарт в это время сидел в каюте, на краешке дивана, и выслушивал инструкции своего деда. Ему предстояло жениться на Джессике Сэндикот, жить в Ист-Пэрсли на Сэндикот-Кресчент и начать работать в фирме «Сэндикот с партнером».