Тут в остерию вошел человек и принялся рассказывать о том, что случилось в море, не заметив Чекко. Едва он начал свой рассказ, как Чекко набросился на него и схватил за горло. Человеку удалось вырваться, а Чекко продолжал вести себя так, будто лишился рассудка.

Прохожие слышали, как он кричал и клял судьбу. В остерию набилось множество людей, и они обступили Чекко со всех сторон, словно перед ними был шут.

Он неистово катался по полу. Он колотил руками по каменному полу, твердя одно и то же:

— Это все Святой Марк, Святой Марк, Святой Марк!

— Ты сошел с ума, — говорили ему люди.

— Я предчувствовал: что-то непременно должно случиться там, в море, — причитал Чекко, — как раз против островов Лидо и Маламокко. Я знал, что это должно случиться. Святой Марк собирался их там погубить. Он затаил на них злобу, я давно боялся этого.

Он продолжал, не слушая слов утешения.

— Как-то ребята посмеялись над ним, когда мы были в море возле острова Лидо. Этого он не забыл. Святой Марк не прощает, когда над ним смеются.

Люди окружили его. Чекко переводил смятенный взгляд с одного лица на другое, будто взывая о помощи.

— Эй, ты, Беппо из Маламокко, — сказал он, протягивая руку здоровенному рыбаку. — Может быть, ты мне не веришь, что это был Святой Марк?

— Не забивай себе голову подобными мыслями, Чекко!

— Нет, ты послушай, как все было, Беппо. Понимаешь, однажды, когда мои мальчики были еще детьми, мы плыли там в море, и, желая скоротать время, я рассказывал им о том, как Святой Марк попал в Венецию. Святой Марк — евангелист, объяснял я им, сперва был захоронен в прекрасном александрийском храме в Египте. Но город захватили мусульмане, и однажды их халиф велел построить для себя роскошный дворец в Александрии, а колонны для его украшения взять из христианских церквей. В ту пору гостили в Александрийском порту двое венецианских купцов, и их десять загруженных кораблей стояли у причала. Войдя в храм, где был похоронен Святой Марк, и услыхав об указе халифа, купцы обратились к опечаленным священникам: