– Импи-Лена, закончим этот спор.

– Мы не спорим, а лишь говорим правду.

– Совершенно верно, совершенно верно… Один говорит правду, а другой старается быть корректным. Я прошу, чтобы и вы соблюдали тактичность.

– Не могу я быть корректной и одновременно кормить двух мужиков.

Еремиас, покачнувшись, сделал шаг по направлению к плетеному стулу и надтреснутым голосом произнес:

– Но Йере… ведь что-то зарабатывает?

– Чем?

– Да, действительно, чем?

Мужчина рухнул на заскрипевший стул и закрыл лицо руками. Что-то прояснилось, но темнота полностью не рассеялась. Он, видимо, был полным дураком. Давно следовало бы понять, что на доходы от стихоплетства в Финляндии троих взрослых не прокормишь. Вот если бы какой-нибудь родственник служил в банке кассиром… Трудности испытывают и бизнесмены: сегодня они крутятся на бирже, а завтра, глядишь, бегут в ломбард. И если ты поручишь другу стеречь твои сбережения от воров, можешь быть уверен, что они разделят добычу между собой.

Еремиас почувствовал на плече прикосновение руки женщины. Импи-Лена подошла к нему и тоном, исполненным сожаления и помилования, произнесла:

– Господину следует подыскать работу. Когда беден, нельзя жить одним лишь собственным достоинством.

– Достойно жить можно всегда, – ответил Еремиас серьезно. – Бедность не должна влиять на поведение человека, хотя и делает существование в какой-то степени неприятным. Но надеюсь, Импи-Лена понимает, что мои трудности с деньгами явление временное, то есть преходящее.

– Не минует оно человека, если тот не примется за работу, – успокоившись, вздохнула женщина. – Что посеешь, то и пожнешь.

– Совершенно справедливо. Библейские выражения всегда используют неправильно. Это прямое следствие того, что люди не знают основ экономики.